.RU

Перевод С. Грабовецкий Редакция А. Введенский, И. Старых Обложка О. Куклина Линн Эндрюс. Шаманка. Перев с англ



www.koob.ru
Линн Эндрюс – Шаманка

Medicine Woman

Lynn V. Andrews

Illustrations by Daniel Reeves

Harper & Row, Publishers

New York, Cambridge, Philadelphia. San Francisco London, Mexico City, Sao Paulo, Singapore, Sydney


Перевод С.Грабовецкий

Редакция А. Введенский, И. Старых

Обложка О.Куклина


Линн Эндрюс. Шаманка.

Перев. с англ. — К.: «София», Ltd., 1999. — 288 с.

ISBN 5-220-00250-3


«Шаманка» — автобиографическая повесть женщины о поиске своего подлинного я, разворачивающаяся на фоне индейской культуры... Простая погоня за свадебной корзинкой превращается в полное опасностей и испытаний путешествие Линн Эндрюс в глуши Манитобы...

Судьба оказалась милостивой к писательнице; она встречается с шаманкой, или «.хейокой», по имени Агнес Быстрая Лосиха. Благодаря этому знакомству вся жизнь Линн Эндрюс резко изменяется; роковое столкновение с недобрым магом, Рыжим Псом, дает писательнице силу. «Шаманка» читается на одном дыхании — словно магический детектив. После выхода в свет этого произведения напрашивается вопрос: не являются ли Карлос Кастанеда и Линн Эндрюс основоположниками нового жанра современной литературы — магической автобиографии!

«Перспективы, открывающиеся в этой книге, превосходят любое воображение... Эта книга заслуживает вдумчивого и внимательного читателя».


© «София», Киев, 1999


Первоклассная книга!.. Замечательное приключение в мире духа позволяющее увидеть, как много нам еще предстоит узнать.

— San Frantisko Examiner-Chronicle


«Шаманка рассказывает нам о смысле жизни, о роли женщины в ней и о том, как отнять магию у сил зла, пытающихся удержать ее».

— Los Angeles Times


«Шаманка — прекрасно написанная, сильная и впечатляющая повесть о том, как автор учился у шаманки... как и в книгах Каста-неды, здесь шаманская философия и учение переплетается с художественным повествованием».

— ^ Circle


«Вещь, которая заставляет думать и все время держит в напряжении».

— New Woman's Times


«Удивительная повесть о том, как женщины, принадлежащие к различным культурам, видят друг друга и учатся друг у друга».

— Стэн Стейнер, автор ^ The New Indians


«Линн Эндрюс прославляет женскую духовность... ее драматическая повесть о шаманской мудрости и философии древнихиндей-цев изобилует аутентичными деталями».

— The Victoria Advocate


«Захватывающая история, полная очаровательных символов».

— Books of Southwest


«Повесть, исполненная красоты и силы».

— The Guardian, Лондон.


«Эта история рассказывает и напоминает нам о существовании древней мудрости, которой мы можем воспользоваться в нашем собственном путешествии по жизни, независимо от того, где проходит путь нашего сердца».

— Woman Spirit


«Захватывающая и проникновенная повесть... о нашей связи со всеми вещами мира».

— The Lammas Little Review


Эту книгу я посвящаю Дэвиду Карсону — поистине невидимому человеку


^ СЛОВО БЛАГОДАРНОСТИ

Я хочу выразить искреннюю благодарность Д. Латимеру, волку-проводнику многих писателей. Стоит ли говорить о том почтении и благодарности, которую я испытываю к моему издателю, Клайтону Карлсону! И спасибо Тебе, Розалин Брюер, сестра моя, знающая тень свою.

Особая благодарность моим любимым шаманам-учителям, без которых эта книга никогда не была бы написана.

Без шаманок не может быть и шаманов. Шаману дает силу женщина, и так было всегда. Шаман занимает место собаки — он всего лишь орудие в женских руках. Сейчас все кажется иначе, но так лишь кажется.

— Агнес Быстрая* Лосиха Вдалеке над холмами взошла желтая луна. Небо было прекрасным и необъятным, а койоты пели свои грустные песни.

Я сидела у костра рядом со старой индианкой. Ее широкоскулое лицо было сморщено, как сухое яблоко, а длинные косы свисали ниже плеч. Поверх зеленой накидки, сделанной из пледа, онаносила ожерелье, символизирующее Магическое Колесо.

—Твоя жизнь — это путь, — сказала она.

Я с трудом разбирала ее слова из-за сильного акцента.

—Знаешь ли ты об этом или не знаешь, но ты вышла на поиск видений. Хорошо иметь видение или сон, — продолжа ла она.

Я не могла отвести от нее глаз. Казалось, она внутренне менялась каждую минуту. И хотя ей было нелегко объясняться по-английски, чувствовалось, что она обладает обширными знаниями. Таких знаний я еще не встречала ни у одного человека. Ее манера держаться была исполнена достоинства.

—Главное — это женщина, — сказала она. — Мать-зем ля принадлежит женщине, а не мужчине. Она несет пустоту.

Это были первые ее слова, обращенные ко мне. Затем я стала ее ученицей. Она - шаманка-хейока*. Мне суждено было идти ее путем на протяжении семи лет. Эта книга —повесть о моем путешествии по ее миру, странному и прекрасному, - миру, где празднуют силу женщины. Силу, которую она показала мне так явно.


Я иду по дороге, ведущей вдаль. Прерия покрыта редкими кустиками шалфея и кедровым стлаником. Я думаю о безлюдной долине в лунном кратере. В этой странной тиши я приближаюсь к какому-то 'изукрашенному шкафчику. Красота его отделки поражает. Сквозь полупрозрачную дверцу я могу видеть все, что находится внутри. Через стекло его левой дверцы на меня смотрит лицо древней индианки. Справа я вижу иссиня-черную ворону. Все это напоминает мне картины Магритта**.

Женская голова резко и ритмично раскачивается вперед и назад, словно метроном.

— ^ Сколько раз я повторяла тебе, — упрекает она меня, продолжая покачивать головой, — свадебная корзинка не продается. Ты должна заслужить ее.

Меня бранят. Мое внимание сейчас обращено к горящему глазу вороны, чье тело начинает поворачиваться в сторону лица старухи, повторяя все те же движения метронома.

^ Я пугаюсь. Ворона начинает подражать голосу женщины. Два голоса становятся отчетливыми и сварливыми. Я вздрагиваю всем телом.


Я видел лишь одну свадебную корзинку в своей жизни. Знаю, что эта корзинка существует до сих пор. Но не знаю где.

— Хаймейостс Сторм


Я пришла на открытие выставки фотографий Штейглица* в Галерею Гровера со своим другом, врачом-психиатром Иваном Димитриевым. В галерее было не протолкнуться — на каждом шагу попадались меценаты и псевдознатоки искусств, но я предвидела, что так будет, и это не тревожило меня. По-настоящему меня смущала сама выставка. Она была какой-то застывшей и бесцветной.

И вдруг я увидела ту фотографию.

—Погоди, Иван, это не может быть Штейглиц, — ска зала я, хватая своего спутника за рукав.

Мы остановились перед фотографией старинной индейской корзинки. Взгляд Ивана все еще выражал недовольство, скуку и желание уйти поскорее домой.

—Какая необычная композиция, — сказала я, присмат риваясь повнимательнее, — но это совсем не похоже на Штейглица.

Я не могла отвести взгляд от корзинки. Ее украшал замысловатый рисунок, в котором угадывался дельфин со змеей или молнией. Я уже давно коллекционирую произведения индейского искусства, но никогда прежде не видела ничего подобного. Что-то необычное было и в самом плетении. Трудно было сказать, сплетена корзинка или вывязана. Меня пленило совершенство ее формы. Не знаю, откуда она появилась, но эта корзинка уже давно существовала в моем подсознании. Фотография размером восемь на десять дюймов с тем мистическим желтоватым оттенком, который у меня никогда не ассоциировался со Штейглицем. Интересно, когда он мог сделать ее? Мой взгляд упал на аккуратную табличку, прикрепленную к стене под фотографией. Я стала искать на ней дату. Вот она, а рядом название: «Свадебная корзинка». Но тут меня ждал другой сюрприз. Имя художника было Мак-Киннли — одинокий островок в море Штейглица.

Во взгляде Ивана мелькнуло нетерпение.

— Знаешь ли ты этого фотографа, Мак-Киннли? — спросила я.

Подняв голову, я увидела, как Иван машет мне рукой от ери «А, ничего, запомню: «Свадебная корзинка», художник Мак-Киннли», — сказала я сама себе и устремилась к Ивану.

С этой ночи мне стали являться странные видения. Я не могла спокойно уснуть. За окном спальни в кроне каштана кричала сова. Укрывшись с головой одеялом, я лежала безмолвно и неподвижно. Когда я начала засыпать, образы свадебной корзинки, темные и таинственные, явились ко мне в видениях. Сон, словно вихрь, с диким звуком ворвался в мое сознание. Я тут же проснулась и села в кровати, с испугом глядя прямо перед собой. Резко отбросив одеяло, я зашагала в ванную, зажгла свет, открыла аптечку и стала рыться в ней, боясь увидеть в зеркале летающие тени. Флакончик с аспирином выпал из моих рук и разлетелся тысячей осколков. «Черт!» — пробормотала я, стукнувшись головой о рукомойник после того, как собрала таблетки и осколки стекла.

Глотнув содовой, я снова потащилась в спальню и плюхнулась в постель. Если не считать тонких лучей лунного света, играющих на моем лице, комната была совершенно темной. Мне вспомнился рассказ Анаис Нин, где героиня нежилась в свете луны, как вдруг дрожь и страшный жар захлестнули ее, и она потеряла свою душу. Когда я вновь начала погружаться в сон, закричала сова, и образ свадебной корзинки предстал передо мной опять. Но теперь рядом с ней стояла старая индианка с глазами, подобными полированным зеркалам, и поднимала руку в предупреждающем жесте. Это видение являлось мне вновь и вновь, пока я окончательно не отключилась.

Утром меня разбудил телефонный звонок.

—Да, это она... то есть я... Да, я оставляла вам сообщение вчера вечером. Просила отложить для меня фотографию свадебной корзинки, ту, что я видела вчера на вашей выставке. Надеюсь, она еще у вас?

—Да... н-нет... старая фотография свадебной корзинки...

—Позвольте мне поискать в каталоге, мисс Эндрюс, — она отложила трубку, и связь прервалась.

Я услышала длинный гудок.

Положив трубку на рычаг, я продолжала сидеть, обхватив голову руками, — казалось, она вот-вот разорвется от боли. Через несколько минут телефон зазвонил вновь.

Я мчалась как одержимая, казалось, еще чуть-чуть — и я сойду с ума. Обгоняя машину за машиной, вскоре я оказалась на бульваре Ла-Синега, чувствуя, что близка к нервному срыву из-за беспокойной ночи, утреннего звонка и негодования по поводу небрежного ведения записей в галерее. Припарковав машину прямо перед входом в галерею, я ринулась внутрь. Огромные пространства белых стен и обилие фотографий вызывали у меня лишь головокружение и отвращение. Ко мне тут же приблизился антрепренер, с интересом поглядывая то на «ягуар», который я оставила под окнами галереи, то на старую индейскую сумку, болтающуюся у меня за плечами. Мужчина отличался острыми чертами лица, жилистостью и претенциозностью.

Единственной мебелью в галерее была круглая софа с возвышением посредине, чем-то напомнившая мне огромный бублик. Я села на нее. Покрытая оранжевым искусственным мехом, она была сделана так, что удобно расположиться на ней было невозможно. Мужчина вернулся с двумя чашками чаю и протянул мне одну. Некоторое время мы сидели спина к спине, потягивали чай и хранили молчание. Я решила дождаться, чтобы он заговорил первым. Во мне крепло подозрение, что он умышленно припрятал от меня фотографию, чтобы я согласилась побольше выложить за нее.

Он пожал плечами, поднял глаза к потолку и снова вышел из комнаты. Казалось, он отсутствовал целую вечность. Я была уверена, что он специально выдерживает паузу, чтобы по возвращении предъявить мне счет на астрономическую сумму. Я продолжала сидеть на софе, нервно скручивая пальцами поддельный оранжевый мех в маленькие шарики, и рассматривала фотографии, висящие на стенах. Оттуда на меня глядели зловещие маски — черно-белые отражения моих ночныхкошмаров. Я поднялась с софы, чтобы немного размять ноги. Мужчина возвратился смаленькимпортфолио в руках, внимательно посмотрел мне в глаза, а затем, открывая портфолио, заявил неестественно слащавым голосом:

—Вот то, о чем вы просили, мисс Эндрюс.

В портфолио я увидела старый пожелтевший даггеротип вигвамов Литтл Биг Хорн, изготовленный приблизительно в 50-х годах прошлого века. Я выхватила портфолио и лихорадочно обшарила его в поисках «Свадебной корзинки». Ее там не было.

—Вы лжете, — сказала я.

Человечек взвился и затараторил:

—Говорю же вам, у нас нет такой фотографии, и, нас колько мне известно, никогда и не было. И мне кажется, мисс Эндрюс, это уже переходит границы дозволенного.

Да, я проявила недопустимую несдержанность. Взяв себя руки, я извинилась и тут же покинула галерею. Сев в машину я неспешно поехала по бульвару Ла-Синега по направлению к Беверли-Хилс. Оказавшись дома, я приготовила себе еще одну чашку чаю, уселась на софу и положила на пуф свои похолодевшие ноги. Затем придвинула к себе телефон и набрала номер Ивана.

Извините, могу ли я говорить с Иваном? Это Линн Эндрюс.

—Доктор сейчас принимает пациента. Пожалуйста, оставьте свои координаты, и он свяжется с вами, как только освободится.

—Но это срочно. Пожалуйста, скажите, что я жду его. Она положила трубку рядом с телефоном. «Мьюзак»* терзал мне слух.

—Алло, — лаконично произнес Иван.

—Сожалею, что помешала тебе, но мне нужно узнать точные сведения о той фотографии, которую мы видели в галерее вчера вечером. Помнишь ее?

—Не припоминаю никакой фотографии с корзин кой, — решительно сказал Иван, — и это была выставка Штейглица. Извини, но я спешу.

—Но я ведь показала ее тебе перед самым уходом.

—Линн, думаю, тебе стоит обратиться к моей секретарше и записаться ко мне на прием, — шутливо заявил он. — Клянусь, ты не показывала мне никакой фотографии с корзинкой.

И он повесил трубку.

У меня голова шла кругом. Я прекрасно помнила, что видела эту проклятую фотографию. Я прикасалась к ней руками, она являлась мне в снах. Что происходит? На меня внезапно навалилась страшная усталость.

Я обвела глазами комнату. Она была похожа на дикую смесь африканской деревни и индейского антропологического музея. На протяжении многих лет я неустанно собирала фигурки предков, изображения богов и амулеты из Конго, одеяла, изготовленные индейцами племени навахо, и корзинки из всех уголков Северной Америки и Гватемалы. Комната была магической — исполненной силы и поэзии древних, первобытных традиций. Симметричные корзинки совершенной формы, выстроившиеся вдоль стен, были моими «любимицами». А та свадебная корзинка — она вся пронизана магией! Никогда мне еще не хотелось с такой силой завладеть ни одной вещью.

Я удобно расположилась в кресле и, стараясь успокоить-стала вглядываться в черно-белый плетеный «пояЪ гагодо-тодия» из Гватемалы. Он висел на стене рядом с фотографией Храма Великого Ягуара, сделанной мною пару месяцев назад Тикале, во время путешествия по Гватемале. Все трудности той длительной погони за поясом вдруг вспомнились с удивительной ясностью.

В Гватемала-Сити я взяла напрокат джип и отправилась в сторону Чичикастенего. Чичикастенего знаменит своим индейским базаром, где, как мне сказали, я смогу найти какой угодно пояс. От вида, который открывался из окон автомобиля, у меня перехватило дух — ирригационные сооружения, громоздящиеся на холмах, чередовались с клочками возделанной земли. Гватемальские индейцы майя пользовались ирригационной системой многиевека. Земля была плодородной и зеленой. До меня доносился запах дыма, поднимавшегося над домишками с камышовыми крышами, и вкусные испарения чернозема. Я достигла подножия Чи-Чи, когда солнце повисло прямо над головой. Древнее селение находилось на высоком плоскогорье, а дорога казалась опасной даже для джипа.

Примерно на середине крутого подъема образовалась транспортная пробка, движение в обоихнаправлениях замедлилось. Огромный цирковой грузовик, перевозивший в кузове слониху и слоненка, резко накренился на крутом повороте и чуть не свалился с утеса. Дорога оказалась заблокированной на несколько часов.

Я выключила мотор и вышла на свежий воздух. Взбудораженные птицы громко чирикали над головой в сумрачных кронах гигантских деревьев. Задний мост грузовика вышел из строя, и при каждом движении слонихи и ее чада кузов покачивался, скрипел и стонал. К месту аварии подъезжали все новые машины. Раздраженные гватемальцы осыпали растерявшегося водителя грузовика советами и проклятиями.

Суматоха усиливалась. Слониха со слоненком раскачивали кузов все сильнее, так что старые доски на бортах стали тревожно потрескивать. Грузовик мотался из стороны в сторону над тысячефутовым обрывом. Началась полная неразбериха. Как раз в эту минуту на дороге появился длинный автобус, перевозивший циркачей.

Крохотные уродцы с ржавыми цепями на спинах, толстые дамы и бритоголовые татуированные мужчины тут же высыпали из автобуса. Канатоходцы, исполнительницы танца живота, акробаты — все гватемальцы, смуглые и низкорослые — орали натуристов, требуя, чтобы те освободили им путь.

Слоны, подняв хоботы, стали испуганно трубить, грузовик покачнулся сильнее и повис над обрывом. Карлики забрались под грузовик, осыпая туристов ругательствами. За спектаклем наблюдало около пятидесяти человек — туристы, одетые в шорты-бермуды, индейцы, гватемальцы — все затаили дыхание.

Один из лилипутов прицепил цепь к оси грузовика и прикрепил другой ее конец к бамперу автобуса. Водитель грузовика перевел рычаг скоростей в нейтральное положение и стал ждать. Трудно было поверить, что бампер автобуса или ржавая цепь смогут выдержать массу грузовика. Автобус взревел и тронулся, таща за собой грузовик, а толстая дама и бритоголовый мужчина стали убирать из-под колес здоровенные камни, отбрасывая их далеко в сторону, словно те ничего не весили. Теперь, когда движение возобновилось, слоны перестали раскачиваться. Лилипуты начали радостно подскакивать высоко в воздух и, делая сальто, приземлялись юги. Лес огласился нашими радостными криками. Цирк поехал дальше.

Я прибыла в Чи-Чи лишь для того, чтобы услышать, что следует лететь в отдаленную провинцию Гватемалы к древним развалинам Тикал-Петена и там найти торговца, у оторого может оказаться нужный мне пояс. Что ж, снова в джип и назад, в Гватемала-Сити. Полдня езды впустую.

Чего стоил этот полет в Тикал-Петен! В самолете было десять сидений, а я оказалась единственным пассажиром. К тому же это был аэроплан времен Второй мировой. Сквозь щели между досками пола я могла свободно разглядывать гватемальские джунгли. Мыприлетели в маленький аэропорт в 6 часов утра, но даже в этот час здесь было невероятно душно. Прежде чем приземлиться, пилот описал широкую дугу над выглядывавшими из густых джунглей развалинами, пока местный крестьянин отгонял коров с летного поля.

Музей, расположенный для удобства туристов у самой посадочной полосы, оказался почти пустым. Служительница музея сообщила мне, что торговец, которого я ищу, отправился в Гватемала-Сити, и дала мне адрес, прибавив, что самолет отправляется обратно через четыре часа. Я изрядно расстроилась.

Вооружившись банкой холодного сока и картой, я стала изучать дорогу к Храму Великого Ягуара. Прежде чем начать подниматься по крутой тропке, я вставила в фотоаппарат новую пленку. Птицы кричали в глубине джунглей, словно подтрунивая надо мной, а утренний воздух был насыщен ароматом гвоздичного дерева. По обеим сторонам тропинки выстроились гигантские травянистые растения, а деревья, напоминающие папоротник, были увиты яркими лианами. Жара становилась почти невыносимой, и я, спустив с плеч промокшую рубаху, завязала ее вокруг пояса. Я была совершенно одна между массивными каменными акведуками, платформами и стелами. Меня заворожили письмена и рисунки, вырезанные на камне, и я совершенно не заметила, как заблудилась.

Забредя в угол маленького открытого дворика, я столкнулась нос к носу с высоким индейцем и вскрикнула от неожиданности.

Не спуская с меня пронзительных глаз, он продолжал, словно мы были старыми знакомыми:

Индеец разгладил землю перед нами и взял в руки палочку. Затем он начал тщательно вычерчивать на ней карту и показал мне направление, в котором я должна буду идти, покинув развалины. Он очень старался, чтобы мне были понятны его слова, и я по достоинству оценила благородство его манер и речи. Как только он закончил говорить, я сняла с плеча сумку и стала рыться в ней, пытаясь отыскать там какую-нибудь вещь, чтобы подарить ему в знак благодарности. Но единственное, что я там нашла, были деньги — двадцатидолларовая банкнота. Индеец принял протянутую бумажку и тут же его глаза загорелись странным огнем. Он пристально посмотрел на меня.

—Деньги, которые ты мне дала, налагают на тебя обя зательства, — сказал он. — Я пошлю тебе двух помощников.

Они появятся в твоей жизни не позжечем через сорок четыре Первый помощник будет женщиной. Ты не поймешь, это твоя союзница. Эту союзницу ты должна одолеть. Я также пошлю тебе мужчину-помощника, который обозначит твой путь, — тут он разорвал банкноту на две части и протянул мне одну половинку. — Держи. Я растерялась и даже разозлилась.

Мы встретимся снова, — сказал он, — храни эти разбитые деньги в своем узле.

—Ты имеешь в виду мою сумочку?

Но на этом наш разговор окончился. Энергично тыча палочкой, которой он только что рисовал, индеец крикнул: — Никогда больше не приходи в это место. Поспеши!

Я не хотела обижать человека, который явно был «не в себе». Я могла возвратиться в Гватемалу и посетить храмы этой страны в любое время. В знак согласия я лишь кивнула головой.

—Иди отсюда поскорее, не то никогда не найдешь пути. Он встал и почти молниеносно скрылся в джунглях.

Моим первым побуждением было выбросить ни на что не пригодный кусочек банкноты, но я почему-то запихнула его в свой бумажник рядом с кредитной карточкой и направилась в сторону взлетной полосы — навстречу Гватемала-Сити и вожделенному «поясу плодородия».

Теперь пояс висел на моей стене. Он был красив и, безусловно, стоил тех усилий, которые я затратила на его приобретение. Я отхлебнула еще немного чаю и вдруг поняла, что со дня встречи с молодым индейцем прошел ровно месяц. Ну, что ж, Бог с ним. Никакой помощницы мне покамест не повстречалось.

— Если я останусь здесь одна на весь вечер, то определенно сойду с ума, — сказала я вслух.

Потом я наклонилась и взяла в руки серебряную шкатулку, стоявшую на кофейном столике. Открыв крышку, я извлекла из шкатулки обрывок бумажки, на которой было написано имя и дата. Мой старый друг, Артур Дессер, устраивал прием 18 февраля в восемь часов — то есть сегодня вечером. Я засунулаприглашениеобратнов шкатулку. Нервы у меня совсем расшалились из-за недосыпания и утреннего происшествия в галерее. Я всерьез задумалась над тем, не является ли фотография «свадебной корзинки» лишь плодом моего воображения. Я даже просмотрела воскресный выпуск Times, чтобы найти упоминание о выставке Штейглица. Объявление о фотовыставке там было.

Но вскоре я снова потеряла контроль над собой и даже позвонила в несколько нью-йоркских галерей. Но ни в одной из них мне не дали положительного ответа относительно фотографии Мак-Киннли «Свадебная корзинка». Впрочем, в одном месте мне сказали, что вроде слышали о такой фотографии. Мне нужно было окунуться в реальность, и я решила отправиться в салон Элизабет Арден и сделать педикюр.

Возвратившись домой, я присела на кровать и некоторое время водила пальцами ног с отполированными ногтями по коврику из оленьей шкуры. Затем, настроив будильник, чтобы он зазвенел через два часа, я зарылась головой в подушку и уснула.

— Нет, нет, нет, — услышала я собственный голос, словно доносившийся издалека, и внезапно проснулась. Постель смята, подушки разбросаны, а я вся была покрыта потом. Перед моими глазами еще плыли картины сна, и я стала размахивать руками, словно пытаясь сбросить с себя огромную тяжесть. Это видение не могло быть простым сном. Я так ясно видела ее — маленькую девочку со странным блеском в глазах, направляющуюся ко мне со свадебной корзинкой.

Она остановилась и стала подзывать меня к себе. Потом вдруг стала расти, расти, пока и она, и корзинка не достигли гигантских размеров. Тут она бросилась на меня, замахнувшись корзинкой.

- О, Боже, только не это! — закричала я, закутываясь в широкий атласный пеньюар и глядя на часы. Будильник зазвонил в ту же секунду, и я, нажав на кнопку, упала навзничь на подушки, которые еще оставались на кровати. Мне хотелось подняться и включить все лампочки в этом доме.

Когда я встала с кровати, чтобы переодеться для приема у Артура, меня всю трясло. До Бэл-Эйр, который находился в десяти минутах езды от моего дома, я ехала через Кэролвуд-драйв мимо дома Уолта Диснея. Мне вспомнился Леон Крейг, создатель Бэл-Эйр, чья усадьба соседствовала с домом Диснея. В его поместье был разбит сад, похожий на сад в Версале, с бесчисленными кустами роз и ухоженными тропками. «Папа», как называли его домашние, очаровательный добрый человек, жил в этом огромном доме в полном одиночестве, если не считать редких посетителей — членов его семьи. Он был алкоголиком. Человек, которому был открыт весь мир, постоянно напивался до бесчувствия. Я всегда удивлялась этому. «Папа», подобно многим друзьям моей семьи, посвятил первую половину своей жизни накоплению богатства, а последние годы тратил на саморазрушение. Мне не хотелось следовать его примеру.

Я снизила скорость, чтобы полюбоваться изысканными садами, деревьями, формирующими длинные величественные коридоры, листвой, блестящей в лунном свете. Эти наманикюренные кустики и ухоженные клумбы, выстроенные под линейку, несли в себе успокоение. Упорядоченная, изобильная вселенная под названием «Бэл-Эйр» была знакома мне в мельчайших деталях. Обычно я вдыхала всей грудью этот воздух и покой и не представляла, как может человек желать жить в каком-либо другом месте. Но в этот вечер я чувствовала себя как разрядившаяся батарейка. Я прибавила скорости. Глаза на дорогу.

Через три минуты я оказалась у дома Артура. Из окон дома лился свет и неслась музыка. На улице рядом с усадьбой Артура выстроилось около десятка машин: «мерседесы», «роллс-ройсы», среди которых затесался огромный пикап с палаткой на крыше. Интересно, какую компанию Артур собрал в этот раз? Артур любил устраивать интеллектуальные поединки, стравливая ученых и бизнесменов с художниками и гуру. Артур, сколотивший свое состояние на переработке нефти, успел развестись с четырьмя женами, завести двух детей и не пропускал ни одной философской или оккультной «экспедиции». Все это ничем ему не помогло, но я люблю Артура и очень беспокоюсь о нем. Никогда нельзя предугадать всех его выходок, особенно во время таких званых вечеров.

Из переговорного устройства раздался металлический голос с иностранным акцентом. Это была горничная-француженка.

—Франсуаза, это Линн Эндрюс.

Раздался щелчок, и Франсуаза открыла массивные лакированные китайские ворота.

—^ Comment ca va?* — спросила я.

—Tres Biеп, merci, Madmoiselle Andrews. C'est magnifi- que!** — воскликнула она, помогая мне снять мое черное кимоно из шелкового крепа и ласково похлопывая по руке.

Внезапно из-за бассейна, выложенного зеленой плиткой, выскочили «Собаки Баскервилей» — так я называла йорк-ширских терьеров Артура, — неизменно рычащие и лающие маленькие косматые комочки злобы.

—О, будьте осторожнее вот с этим, — воскликнула с тревогой Франсуаза, — не забывайте, он может укусить!

—Мерлин ни за что не укусит меня. Мы с ним старые знакомые.

Мерлин зарычал, обнюхал носок моей туфли и тут же весело всадил свои осгрые зубки в мою затянутую шелком ногу.

Она наклонилась, захлопала в ладоши и загнала всех трех лающих и рычащих собак в конуру.

Я стала подниматься по выложенным кирпичом ступеням в гостиную. На каждом шагу стояли ритуальные свечи, а с балкона свисали длинные гирлянды ярких цветов. Наверху, на площадке, стоял улыбающийся Артур, облаченный в свой традиционный голубой университетский блейзер и серые фланелевые брюки. В руке — бокал с коктейлем.

Он взял мое кимоно и повесил его в шкаф.

—Что конкретно ты наметил на сегодняшний вечер, Артур?

Мы вошли в прямоугольную белую гостиную. В камине потрескивал огонь. Светящаяся шкатулка работы Рея Хов-летта отбрасывала легкие призмы света на сводчатый потолок. Все пространство стены позади кожаной софы было увешано картинами Фрица Шолдера, а согбенный от старости шестифутовый умиротворенный Будда глядел на всех нас с покровительственной улыбкой.

Артур начал представлять гостей:

—Ас Иваном Димитриевым ты, я думаю, знакома. Мы обнялись.

Рада с вами познакомиться, — сказала я, пожимая руку доктору. Грани шкатулки озаряли его бритую голову то голубым, то розовым светом. Его маньчжурские усы показались мне вполне уместными в этой обстановке. Глаза доктора очно мерцали. Лорэйни была высокой женщиной, кра-3аГ ш и грациозной, как пантера. Он улыбалась мне.

Чатем Артур представил меня актрисе, которой я восхи-ялась на протяжении многих лет. Она была одета в шаро-(разные штаны, а на шее красовалось боа из перьев.

И наконец, — торжественно провозгласил Артур, — наш почтенный гость, Хаймейостс Сторм, автор «Семи стрел».

Я протянула руку для приветствия. Вдруг мне показалось, что я столкнулась с покоем столь же необъятным, как Север. Артур принес мне водку с тоником, но я даже не заметила, как приняла от него бокал. Мы со Стормом заговорили о его книге, остановившись на моей любимой части «Прыгающая Мышь». Когда он говорил, я чувствовала, что меня притягивает к нему какая-то сила. Многие люди мечтают о том, чтобы найти в себе отражение человека (не важно, насколько он окажется ординарным), способного каким-то образом привнести красоту в их жизнь. Я ощущала что-то подобное. Суть не в том, что делал или говорил Сторм. Возможно, роль здесь играло только его присутствие, его дружелюбие. Я и по сей день не знаю причины возникшего чувства, но тогда мне показалось, что меня чем-то одарили, что я вошла в магический крут вместе с Хаймейостсом-Стормом. Ощущение было таким, словно я находилась одновременно позади него и вокруг него. Все внешнее, что еще минуту назад казалось мне таким комфортным и привычным, сейчас стало чужим и враждебным, вызывая во мне беспокойство.

Чары нарушила горничная, объявив, что ужин подан, и все гости с бокалами в руках поднялись со своих мест. Процессия вползла, словно змея, через оранжерею балкона в Долину Благодарения (так я окрестила столовую Артура, изобилующую произведениями тибетского искусства). Я заметила, что Артур и Хелен слегка покачиваются. Это означало, что ужин пройдет в несколько тягостной обстановке.

Артур начал рассаживать нас за длинным дубовым столом, красиво уставленным цветами. Он уселся в одном конце стола, позаботившись о том, чтобы Хаймейостс Сторм занял место напротив — на «горячем стуле». Я уселась рядом со Стормом. Франсуаза и другая горничная-француженка начали накладывать на тарелки салат из вялого шпината и разливать вино. Общий разговор шел о борьбе со старением, которым занимался доктор Фрайдлеидер.

—Честно говоря, я думаю, что мне придется поставить себе «молнию» на спину, — сказала актриса.

Когда мы доели салат, за столом воцарилась непринужденная атмосфера.

Франсуаза начала раскладывать по тарелкам главное блюдо — голубей с гарниром из неполированного риса.

—Никогда не позволяйте ограничениям управлять со бой. Ведь их разрушение принесет вам невообразимые стра дания, — сказала актриса, разрезая грудку голубя, чтобы взглянуть на начинку. — Иван, вы согласны со мной?

—Да, за время жизни человек многократно пытается вставить свою смерть. И всякий раз теряется, — ответил он, хитро покосившись на нее.

—Думаю, что единственная вещь, где можно найти ответы на все вопросы этого мира, — это фрейдистский психоанализ, — вставил свое слово Артур, наливая себе вина.

—Единственный ответ: делай, что хочешь, а если не можешь делать этого, найди кого-то, кто сможет делать это за тебя, — заявил банкир из Коннектикута. Артур повернулся ко мне:

—Думаю, Линн, что каждый, ставший на сторону индейцев, обязательно потерпит неудачу.

Франсуаза убирала опустевшие блюда, а вторая горничная подавала десерт.

—Не думаю, — спокойно ответил Сторм. — Между прочим, я собираюсь говорить с вами только на равных.

В комнате воцарилось молчание.

—Но что вы имеете в виду? — недоуменно поднял брови Артур.

—Теперь скажите: «Линн для меня ничего не значит».

— Линн для меня ничего не значит.

—Скажите: «Хелен для меня ничего не значит».

Так Хаймейостс Сторм перечислил всех присутствующих, и наконец очередь дошла до него. Наступила пауза. Шаман продолжал:

Я решила направить разговор в иное русло и спросила доктора Фрайдлендера о том, что он делал в Индии.

—Я проводил там исследования. Знаю, что все это может показаться странным и ненаучным, но меня заинтересовала способность некоторых людей понижать температуру тела по собственной воле. Я обнаружил, что, если в теле поддерживается низкая температура, процессы старения замедляются. Я сам занимался медитацией на протяжении ряда лет и знаю йогов, которые способны пребывать в состоянии, напоминающем транс, в течение нескольких дней, что, как я думаю, является результатом снижения температуры тела. Вот я и отправился в Индию в поисках йогов, чтобы провести там исследования.

За столом раздался взрыв хохота, к которому не присоединился лишь Артур, раздраженно нашептывающий что-то на ухо Хелен. Вдруг он велел ей покинуть комнату, и та выбежала из-за стола, заливаясь слезами.

Делая вид, что не замечаю их ссоры, я обратилась к доктору:

— Ну и каковы были результаты? Действительно ли йоги оказались способны понижать температуру тела?

—Лишь в нескольких случаях результаты были заметными.

—Во время путешествий вам приходилось сталкиваться с матерыми гуру? — спросил Иван.

Несколько раз довелось. Это были мастера, которые жили в горах и о которых никто не слышал. Они были сильны. Был один, которому удалось раздеть меня и заставить посреди джунглей носить камни для постройки храма. На протяжении многих месяцев я работал на него и его учеников. Наконец он позволил измерять его температуру, а затем заставил разрушить все, что я построил.

—Мистер Сторм, — вдруг сказал Артур громко, — у себя вы, наверное, считаетесь своего рода йогом?

Все присутствующие онемели от удивления.

Сторм беззвучно поднялся и стал обходить стол. Все уменьшающееся пространство между двумя мужчинами казалось наэлектризованным. Сторм пригнулся и протянул руку в сторону Артурова живота. Казалось, его пальцы исчезли в области солнечного сплетения, затем рука повернулась, словно вырывая внутренности. Артур резко дернулся.

—Я сделал это для тебя, Линн, — сказал Сторм, обращая взгляд ко мне. — Я забрал его волю. Теперь мы можем поговорить.

Сторм возвратился на свое место. Остальные гости, казалось, не поняли того, что произошло, и продолжали вести общий разговор, в котором участвовал и Артур. Но Артур уже не производил впечатления пьяного человека. Казалось, все они находились под гипнозом, и когда мы со Стормом начали разговаривать, никто нас не слышал. Однако мы не стали обсуждать того, что только что произошло. Это слишком страшило меня. Наконец я спросила его дрожащим голосом, не слышал ли он прежде о свадебной корзинке.

Некоторое время он бесстрастно изучал мое лицо.

—Агнес очень трудно заставить сидеть на месте. К есть еще одна женщина, которая сможет помочь, если захочет. Ее зовут Руби Много Вождей. Уверен, что он знает, где отыскать Агнес. Но не могу ручаться, что она хочет помочь тебе. Руби очень замкнута — у нее своя особая жизнь. Ты можешь проделать весь длинный путь до Манитобы лишь затем, чтобы Руби отказалась с тобой говорить.

Если она упрется, никакие уговоры не сдвинут ее с места.

ЕСТЬ ли какой-то надежный способ завоевать доверие Руби Много Вождей?

Да, принеси ей табак — блок сигарет — и индейское одеяло. Таков обычай. Помни, свадебная корзинка священна. Не обманись, внушая себе, что сможешь получить ее лишь потому, что желаешь. Ты сможешь завладеть корзинкой, лишь доказав, что действительно заслуживаешь этого.

Каким-то образом я понимала, что он играет со мной.

—Я видела фотографию свадебной корзинки вчера, на выставке Штейглица. С тех пор я словно стала одержимой и ни на минуту не забываю о ней. Мне нужна свадебная кор зинка или хотя бы ее фотография. Той фотографии, которую я видела на выставке, на следующий день в галерее не оказалось. Не оказалось даже записи в каталоге. Все происходит как в кошмарном сне.

—Ты интересуешься народными ремеслами? — спросил Хаймейостс Сторм.

Он написал номер на клочке бумаги, тут же наскоро набросал план на оборотеи вложил записку мне в руку. Затем, послав мне теплую улыбку и попрощавшись с обществом, отправился восвояси. Только тогда я осознала, что вместе с запиской он вложил мне в ладонь кусочек серого меха. Все присутствующие продолжали вести себя очень странно, и вскоре мы разошлись по домам.

На следующее утро меня разбудил звонок телефона.

—Линн, вчера вечером я вел себя ужасно? — донесся из трубки голос Артура.

—Артур, еще раз благодарю за ужин. Позвоню тебе позже, как только встану. Возможно, ты где-то упал.


peredayushee-oborudovanie-globalnih-setej-prednaznacheno-dlya-raboti-v-obichnih-telefonnih-setyah-a-takzhe-na-videlennih-liniyah-takih-kak-t-linii-i-isdn-linii-oni.html
peredneyazichnie-vzrivnie-programma-disciplini-dpp-f-03-staroslavyanskij-yazik-celi-i-zadachi-disciplini.html
perednyaya-panel-elanvision-ev8000s.html
perednyaya-podveska-legkovogoavtomobilya.html
peredovaya-zhenmin-zhibao-narodnaya-armiya-nepobedima-stranica-15.html
peredovaya-zhenmin-zhibao-narodnaya-armiya-nepobedima-stranica-24.html
  • textbook.bystrickaya.ru/ii-puti-bogopoznaniya-protoierej-georgij-vasilevich-florovskij.html
  • kontrolnaya.bystrickaya.ru/pust-nachnetsya-chto-eshe-ne-nachalos-stranica-6.html
  • upbringing.bystrickaya.ru/materialnie-i-idealnie-faktori-v-zhizni-obshestva-uchebnik-dlya-studentov-estestvennonauchnih-fakultetov.html
  • tasks.bystrickaya.ru/12-razrabotka-standartov-i-reglamentov-otchet-o-razvitii-proekta-5-institucionalnij-komponent-administrativnaya.html
  • doklad.bystrickaya.ru/universitetskij-obrazovatelnij-standart-visshego-professionalnogo-obrazovaniya.html
  • grade.bystrickaya.ru/obnovleniya-obrazovatelnoj-programmi-obrazovatelnogo-uchrezhdeniya-sankt-peterburg-stranica-3.html
  • zadachi.bystrickaya.ru/saltikov-shedrin-m-e-zhiznennij-put-iudushki.html
  • bukva.bystrickaya.ru/puti-povisheniya-effektivnosti-molochnogo-skotovodstva-chast-3.html
  • shkola.bystrickaya.ru/osobennosti-federalizma-germanii-frg-i-indii-chast-6.html
  • ekzamen.bystrickaya.ru/sovet-deputatov-samojlovskogo-selskogo-poseleniya-boksitogorskogo-municipalnogo-rajona-leningradskoj-oblasti.html
  • university.bystrickaya.ru/glava-6-byudzhetnij-process-v-belgorodskoj-oblasti-zakon-belgorodskoj-oblasti.html
  • shpora.bystrickaya.ru/zakonov-goroda-moskvi-ot-19-marta-2002-g-180-pp-ob-ekologicheskoj-karte-sheme-goroda-moskvi-stranica-7.html
  • university.bystrickaya.ru/faktorami-formirovaniya-polya-istoricheskogo-srazheniya-yavlyayutsya.html
  • zadachi.bystrickaya.ru/uchebnoe-posobie-dlya-studentov-neyuridicheskih-specialnostej-praktikum.html
  • report.bystrickaya.ru/kak-sleduet-dejstvovat-pri-nalichii-spaechnogo-processa-v-bryushnoj-polosti-g-l-ratner-soveti-molodomu-hirurgu.html
  • exchangerate.bystrickaya.ru/komiteti-komissii-po-ohrane-truda-uchebno-metodicheskoe-posobie-moskva-2007-g-komarova-n-n-nevskij-a-v.html
  • kontrolnaya.bystrickaya.ru/publichnij-doklad-mou-sosh-66-g-sochi-za-2007-2008-uchebnij-god.html
  • education.bystrickaya.ru/22-chetvertij-put-g-i-gurdzhieva-kozlov-v-v-majkov-v-v-osnovi-transpersonalnoj-psihologii-istoki-istoriya.html
  • upbringing.bystrickaya.ru/liber-abaci-leonardo-fibonachchi.html
  • institute.bystrickaya.ru/glava-10-tehniko-ekonomicheskoe-obosnovanie-investicionnih-proektov.html
  • testyi.bystrickaya.ru/612-sistema-planirovaniya-kurs-lekcij-dlya-studentov-ekonomicheskih-specialnostej-gorki-2006.html
  • laboratornaya.bystrickaya.ru/rabochaya-programma-i-ukazaniya-po-kursu-psihologiya-truda-dlya-studentov-obuchayushihsya-po-specialnosti-pedagogika-i-psihologiya-dnevnoe-otdelenie.html
  • tasks.bystrickaya.ru/14-korablik-na-vitrine-goryachie-illyustracii-dlya-molodyozhnih-sluzhenij.html
  • literatura.bystrickaya.ru/sistema-primeneniya-udobrenij-stranica-3.html
  • desk.bystrickaya.ru/otveti-na-voprosi-po-sovremennomu-russkomu-yaziku.html
  • spur.bystrickaya.ru/metodicheskie-rekomendacii-po-podgotovke-i-oformleniyu-diplomnih-rabot-studentami-specialnosti-1-24-01-02-pravovedenie-stranica-2.html
  • writing.bystrickaya.ru/kislaya-i-shelochnaya-voda.html
  • studies.bystrickaya.ru/geocad-kak-baza-dannih-dlya-vedeniya-reestra-registracii-prav-na-nedvizhimost-i-sdelok-s-nim.html
  • doklad.bystrickaya.ru/vi-rassmotrenie-obshih-voprosov-kasayushihsya-soblyudeniya-programma-organizacii-obedinennih-nacij-po-okruzhayushej.html
  • gramota.bystrickaya.ru/zasedanie-sostoitsya-28042010-v-1400-v-aud-436b-guk-programma-raboti-nauchno-prakticheskoj-konferencii-studentov.html
  • laboratornaya.bystrickaya.ru/programmi-gazifikaciya-krasnodarskogo-kraya-na-2007-2011-godi-pri-razrabotke-proektov-zakona-krasnodarskogo-kraya-o-kraevom-byudzhete-na-2008-2011-godi-stranica-17.html
  • literature.bystrickaya.ru/cherep-poslednego-imperatora-ilya-stogoff-revolyuciya-sejchas.html
  • otsenki.bystrickaya.ru/sotrudnichestvo-s-obshestvennoj-palatoj-nizhegorodskoj-oblasti-programma-deyatelnosti-torgovo-promishlennoj-palati.html
  • uchebnik.bystrickaya.ru/vid-kontrolya-leksiko-grammaticheskij-test-2-teachers-book-p-144-146.html
  • shpargalka.bystrickaya.ru/vlast-i-kultura-v-agrogramotnom-gosudarstve-ernest-gellner-nacii-i-nacionalizm.html
  • © bystrickaya.ru
    Мобильный рефератник - для мобильных людей.