.RU

ОЧЕРК 13 ^ ЭПОХА НАДЕЖД - Дитмар А. Д. Д 49 От Птолемея до Колумба


ОЧЕРК 13

^ ЭПОХА НАДЕЖД


Выше уже говорилось, что во второй половине XIV в. в культурной жизни средневековой Западной Европы происходит важный перелом, связанный с возникновени­ем раннебуржуазной идеологии и культуры, что было обусловлено зарождением и развитием в недрах фео­дального общества элементов капиталистического способа произ­водства. Поскольку же наиболее ранние капиталистические отно­шения, в частности мануфактурное производство с широким при­менением наемного труда, стали раньше всего развиваться в Ита­лии, то в этой стране и стала формироваться та раннебуржуазная культура, которая получила название культуры Возрождения.

Наиболее характерной чертой буржуазии в Италии XIV — XV вв. была широта и многообразие ее экономической базы. Пред­ставители буржуазии Италии занимались торговлей и банковскими операциями, владели мануфактурами и являлись собственниками крупных имений. Большое место занимало и ростовщичество, приносившее итальянским городам огромные доходы. В результате длительной борьбы попланов (т. е. торгово-ремесленных слоев городского населения) с феодальными силами, происходившей в XII и XIII вв., в ведущих городах-государствах Северной и Средней Италии в XIV столетии политическая власть уже перешла в руки этой верхушки торгово-промышленных и банкирских кругов. На­рождающаяся буржуазия нуждалась в деловых людях, которые могли бы вести ее торговые и кредитные дела, в большом штате служащих всякого рода предприятий. Растущим городам требо­вались врачи, нотариусы, учителя, что привело к зарождению ин­теллигенции, которая принимала самое активное участие в создании новой культуры Возрождения. Однако было бы ошибкой думать, что зарождение нового класса, в то время еще передового, происходило только в Италии. Такого же рода процесс наблюдался и в государст­вах Западной и Северной Европы, которые в то время именовались «заальпийскими», где гуманизм, как идеология нового класса, имел свои специфические черты.

Возникший интерес и возрождение классической древности (давшее наименование всей эпохе) определили решающую роль ан­тичного философского наследия в формировании философских воз­зрений мыслителей XIV — XVI вв. Вызванные к жизни усилиями гуманистов творения мыслителей Древней Греции и Рима дали ог­ромный толчок развитию философской мысли. При этом антич­ные традиции не только усваивались, но и оригинально пере­рабатывались.

Историки философии подчеркивают, что в науке эпохи Возрож­дения мы встречаемся со специфическими модификациями аристотелизма и платонизма, стоической и эпикурейской фило­софской мысли... Но в любом случае идеологическая борьба проходила между теологией как мировоззрением феодально­го общества и прислуживающей ей схоластикой, с одной сторо­ны, и философией, противостоящей теологическим схемам сред­невековья, — с другой.

Философская мысль Возрождения создает новую пантеисти­ческую в своей главной тенденции картину мира, тяготея к от­рицанию божественного творения, к отождествлению бога и при­роды, к обожествлению природы и человека. Бог философии Воз­рождения — не бог ортодоксальной религии, не бог схоластичес­кого богословия. Он лишен свободы, он не творит мир «из ни­чего», он «со-вечен» миру и сливается с законом естественной необходимости. Природа же из служанки бога и творения бога превращается в обожествленное, т. е. наделенное всеми необхо­димыми силами, первоначало вещей.

Философию Возрождения отличает ярко выраженный антропо­центризм: человек не только является важнейшим объектом фило­софского рассмотрения, но и становится центральным звеном всей цепи космического бытия.

Наиболее характерными чертами философии Возрождения В. В. Соколов (1962) и А. X. Горфункель (1980) считают призна­ние бесконечности Вселенной, органический взгляд на мир, эле­менты диалектики в учении о противоположностях, понимание при­роды как активной сущности, а человека — как части природы. В качестве второй ведущей тенденции в философии Возрождения В. В. Соколов называет ее естественнонаучное направление, так как представители этого направления были тесно связаны с прак­тическими запросами эпохи и, будучи свободными от слепого следования античным философским традициям, выдвинули новые принципы изучения природы.

А. X. Горфункель пишет, что гуманизм исторически и типо­логически представлял собой период философской мысли Возрождения, охватывая около 100 лет — с середины XIV до середины XV столетия. Гуманизм становится философской мыслью эпохи, отстаивая в борьбе со схоластикой право быть философией. Важ­но также подчеркнуть, что сами гуманисты не были философами-профессионалами. Профессиональная, «схоластическая» филосо-


Карта Атлантического океана Паоло Тосканелли (1474 г.)

Карта итальянского ученого Паоло Тосканелли была приложена к его письму, от­правленному из Флоренции 25 июня 1474 г., на имя каноника португальского коро­ля Фердинанда Мартинша. В письме Тосканелли обосновывает возможность мор­ского пути через Атлантический океан к берегам Восточной Азии. Он указывает, что «от Лиссабона на Запад нанесены на карте по прямой 26 отрезков, каждый длиной 250 миль, до великого и великолепного города Квинсай (Ханьчжоу. — А. Д.)... Назва­ние это означает «Город Неба»... Расстояние до того города составляет примерно тре­тью часть окружности Земли. Расположен он в провинции Манджи, по соседству с провинцией Катай. От также известного острова Антилия до знаменитого острова Чипангу — 10 отрезков (т. е. 2500 миль. — А. Д.). Этот остров очень богат золотом, жемчугом и благородными камнями...».

Позднее, по просьбе Колумба, Тосканелли прислал копию этой карты великому мореплавателю, который, ссылаясь на нее, обосновывал свой проект достижения берегов Восточной Азии при плавании от Европы на запад.


фия по-прежнему продолжала существовать на кафедрах филосо­фии и теологии университетов, еще долгое время находясь в руках религиозных деятелей. Гуманизм развивался вне этих университетских традиций: кружки ученых-собеседников в горо­дах-коммунах, на виллах богатых патрициев, при дворцах меце- натов становятся средоточиями духовной жизни, очагами новой, гуманистической философии и культуры.

В очерке десятом мы уже касались философских и естествен­нонаучных воззрений крупнейших представителей эпохи поздней схоластики XIII в. Рожера Бэкона и его идейного противника — теолога Фомы Аквинского. Мы отметили, что Р. Бэкон резко критиковал схоластический метод и считал, что исследования в области естественных наук следует подчинить пользе, которую эти науки могут принести людям. Хорошо известен его лозунг: «Нет ничего опаснее, чем невежество».

В первой половине XIV в., которую мы относили также к эпохе поздней схоластики, развитие научных знаний и борьба науки против схоластики продолжались, принимая новые формы. Среди ученых того времени следует назвать Иоганна Экхарта (ко­торого называли Мейстером, т. е. мастером, учителем), Дунса Скота, Жана Жандена, Уильяма Оккама и некоторых других. Все они в той или иной мере оказали влияние на формирование фило­софских и научных воззрений крупнейшего философа эпохи гума­низма Николая Кузанского.

Историки средневековой философии полагают, что периоду наибольшего могущества католической церкви как наивысшей санкции феодального строя соответствовал тот теолого-фило-софский синтез, который был разработан Фомой Аквинским. Уче­ние Фомы Аквинского — томизм (от латинской транскрипции имени Тома — Томас) представлял собой универсальную систему, в ко­торой нашли свое место и бог, и природа, и человек с его по­знаниями и областями культуры. Постепенное разложение фео­дального строя, в недрах которого, уже росли элементы ранне-буржуазной культуры, повлекло за собой некоторое ослабление роли церкви, падение ее морального авторитета, как и власти папства, а также выявило кульминационный характер схоластичес­кой системы Фомы Аквината. В этих условиях в схоластике воз­никают оппозиционные направления, которые прямо или косвенно полемизировали с томизмом.

Мейстер Экхарт (1260—1327), происходивший из немецкого рыцарского сословия, уже в юности стал монахом доминиканского ордена. В течение ряда лет он преподавал в Парижском универ­ситете и в религиозных школах Кёльна и Страсбурга. Он был эрудированным теологом, прекрасно знал труды своих «старших братьев» по ордену Альберта Великого и Фомы Аквината, через которые усвоил многие идеи Аристотеля (хотя его больше увле­кали идеи неоплатонизма). Он считается основателем мистического пантеизма (учения о божестве как абсолюте, совершенно непо­знаваемом, что делает его тождественным ничто). Опасность мистическо-пантеистической доктрины Экхарта для католической церкви заключалась в том, что она отвергала христианско-мо-нистическое представление о бессмертной человеческой душе. По его мнению, ученость неотделима от рассудка, и Экхарт высоко ценил ученость, считая, что, пока человек коснеет в не­вежестве, он «поистине скот, обезьяна, безумец». Историческое значение учения Экхарта историки науки видят в том, что оно отрицало господствующую церковь с ее сложной организацией и обрядностью. Его учение повлияло на формирование пантеизма Николая Кузанского. Диалектическая интуиция у Экхарта вырази­лась в мысли, согласно которой все изменения в мире направле­ны к тому, чтобы сохранить его целостность. Он считает, что каждая вещь и каждое явление могут быть познаны, правильно поняты только как части, подчиненные своему целому, тому це­лостному миру, который составляет тело единого бога.

Также на рубеже XIII и XIV вв. протекала деятельность Иоанна Дунса Скота (1265—1308), родом из Шотландии. Он учился, а затем преподавал в Оксфордском, Кэмбриджском и Парижском университетах. Дуне Скот выступал против томизма, изложив свои взгляды в ряде трудов, самыми значительными из которых были «Оксфордское сочинение», «О первом начале всех вещей», а также комментарии к логическим сочинениям Аристо­теля. Его научно-философское мировоззрение складывалось под влиянием Оксфордской школы, прославленной Робертом Гроссе-тестом с его интересами к математике и естествознанию. Фило­софию Дуне отождествлял с метафизикой. Если Фома рассматри­вал именно теологию как наивысшее знание, то у Дунса Скота эта роль отводится метафизике, которую он назвал максималь­ным знанием. Как бы перекликаясь с Ибн-Синой, Дуне Скот дела­ет главной категорией своей метафизики понятие бытия — Аб­солюта, которое охватывает всю сферу действительности и может трактоваться как предмет знания и как предмет веры. Понятие бытия распространяется и на бога. В проблеме материи и формы Скот, в отличие от Фомы, рассматривал именно материю как активизирующую сущность. Он различал три разновидности мате­рии: первичная субстанция, лежащая в основе всего существую­щего, вторая разновидность — качественно определенная мате­рия, образующая все предметы и существа живого мира, и третья разновидность, которая истолковывается как тот материал, из которого человек создает многообразные и разнообразные пред­меты.

Наиболее типичным представителем так называемой оппозици­онной схоластики, стремящейся освободиться от религиозно-цер­ковной опеки, был французский последователь Аверроэса — Жан Жанден (1286—1328), который преподавал в Парижском универси­тете. Будучи убежденным врагом папства, Жан Жанден (Жанден-ский) признавал только те истины, которые приобретаются разумом и опытом. После преследования аверроизма в Париже Жан Жанден переселился в Италию, где аверроизм концентрировался главным образом в Болонском и Падуанском университетах. Именно здесь это учение и стало одним из активных компонентов философии Возрождения.

Последователем номиналистов Росцелина и Абеляра был Уильям Оккам (ок. 1300—1350). Родился он вблизи Лондона, учился и затем преподавал в Оксфордском университете, где ис­пытал влияние эмпирической школы, связанной с именами Гроссетеста и Рожера Бэкона, а также Дунса Скота. Но в своих философ­ских взглядах он пошел дальше Скота, и его смелая философ­ская позиция и критика многих авторитетов церкви привели Ок­кама к суду папской курии в Авиньоне и заключению в тюрьму.

Оккам выступал как решительный номиналист, который отри­цал какую бы то ни было объективность общего за пределами че­ловеческого сознания. Но если при Абеляре область применения номиналистических принципов была преимущественно теологичес­кой, то в эпоху Оккама номинализм уже был тесно увязан с про­буждающимися эмпирическими тенденциями естественнонаучного знания. Умозрительно-онтологическая картина мира эпохи Фомы Аквината сменилась при Оккаме аналитико-гносеологической ее интерпретацией. И номиналистическая методология Оккама сочета­лась у него с новыми и интересными идеями в области естество­знания.

Влияние идей Оккама было очень сильным в Оксфордском и Парижском университетах. Номинализм в Париже был возобнов­лен еще до приезда Оккама, но после того, как стали известны его философские идеи, во Франции возникло сильное философское движение. В историко-философской литературе парижских номина­листов принято называть оккамистами. Часть из них свое вни­мание сосредоточила на естественнонаучных вопросах.

Оккам отказался от важнейших принципов физики и космоло­гии Аристотеля. Космология Аристотеля была неотделима от пред­ставления о конечности космоса в пространстве (и о бесконечности во времени). Схоластика, в особенности в ее томистской форме, в общем приняла этот тезис древнегреческого мыслителя, но подчинила его креационистской установке христианского монотеизма и поэтому отказалась от учения о бесконечности мира во времени (имеющего не только начало и конец). Оккам же отправлялся от того догмата божественного всемогущества, на основе которого Дуне Скот приходил к заключению, что бог со­общил материи способность мышления. Но Оккам связывал всемо­гущество бога с актуальной бесконечностью его природы. Тем са­мым номинализм Оккама восстанавливал идею бесконечности мира и вместе с этой идеей приходил к идее однородности Вселенной, что подрывало смысл средневекового мировоззрения, учившего о иерархическом различии небесного и земного миров. Правда, в его эпоху эта идея не могла получить физического обоснования и только в середине XVII в. на совершенно новой научной основе появилась в трудах Декарта (1596—1650).

Наконец, Оккам отказался от аристотелевского учения о движении, считая, что для осуществления движения нужно только пустое пространство. Этим самым он возвращался к атомистическому истолкованию движения, предвосхищая его механическое понимание, присущее XVII — XVIII вв.

Самым видным парижским оккамистом был также профессор и ректор Парижского университета Жан Буридан (ок. 1300—1358). В своем сочинении «Руководство по логике» и в комментариях к физическим и космологическим сочинениям Аристотеля он не только повторял идеи Оккама, но и ввел в учение о движении по­нятие импульса, что «предвосхитило» будущий закон инерции. Согласно учению Буридана, брошенное тело будет двигаться до тех пор, пока сообщенный ему импульс будет сильнее встречен­ного им сопротивления. Буридан считал, что этот импульс про­порционален сообщенной ему скорости и зависит от количества материи, содержащейся в брошенном теле.

Значение учения Буридана о движении особенно велико пото­му, что в своих комментариях к сочинению Аристотеля «О Небе» он распространял его не только на земные тела, но и на тела небесные, тем самым конкретизируя идеи Оккама относительно физической однородности Вселенной. В той же связи Буридан за всю историю средневековой космологии едва ли не первым (как в Западной Европе, так и на Востоке) пришел к заключению, что движение небесных светил не зависит от особо тонких духов­ных свойств их, а определяется теми же законами, что и движение земных тел.

Нам хочется подчеркнуть, что Жан Буридан принял гипотезу о суточном вращении Земли в отличие от господствовавшей в то время геоцентрической системы Птолемея, признававшего Землю неподвижным центром Вселенной 22. Он учил, что движение небес­ным телам первоначально было сообщено богом, но, получив его однажды, они его сохраняют, так как законы природы остаются неизменными. Это утверждение Буридана также предвосхищало де­истические представления Нового времени, которые, опираясь на успехи земной и небесной механики, стремились свести роль бога к минимуму.

С пропагандой идей Буридана выступали многие ученые, наи­более значительным из которых был французский философ и бого­слов Николай Орезм (ок. 1320—1382), преподававший в Парижском университете. В своем толковании механики и астрономии он по­шел дальше своего учителя. Так, он сделал попытку сформулиро­вать законы падения тел и «для осмысления» падения стал при­менять прямоугольные координаты; более определенно, чем его учитель, Орезм высказывал мысли о суточном вращении Земли во­круг своей оси. Не отрицая творения мира богом, Орезм скло­нялся к тому мнению, что Вселенная с тех пор, как была созда­на, развивается сама по себе, подобно заведенному часовому механизму. Важно отметить, что Николай Орезм был одним из пер­вых переводчиков Аристотеля на новоевропейские языки. В 70-х гг. XIV в. по поручению короля Карла V он перевел на француз­ский язык аристотелевские сочинения «Никодимова этика» и «О Небе». Он же обогатил французский язык такими живучими неоло­гизмами, как, например, anatomie, democratie, materiel и др.

Переводы древних классических сочинений с латинского на новый язык явились знамением нового времени. В XIV в. произо­шли большие сдвиги и в соотношении между философией и наукой, с одной стороны, и богословием — с другой. Ведь раннее средне­вековье (приблизительно до XII в.) не знало строгой границы меж­ду философией и богословием. В XIII в. схоластами была предпри­нята попытка размежевать две области: «естественного разума» (который вправе рассуждать, предоставленный самому себе) и «откровения», недоступного силам человеческого разума, где потому источником знания должны служить традиция и авторитет. Предполагалось, что «естественный разум» не способен приходить к выводам, противоречащим господствующей религии.

Но ученые XIV в. постенно приходят к мысли, что все ре­лигиозные истины недоказуемы: одно за другим отпадали тради­ционные доказательства бытия божия...

Таким образом, еще схоластический по форме, но уже анти­схоластический по содержанию, номинализм к концу XIV в. полу­чил, несмотря на препятствия и даже прямые запреты церкви, значительное распространение не только в Парижском, но и в более восточных европейских университетах, основанных в том же столетии.

В следующем XV в. номинализм продолжал еще некоторое время играть важную научно-философскую роль, но развитие более разносторонней и более богатой философии эпохи Возрож­дения выявило его слабые стороны, унаследованные от схоласти­ки, что способствовало падению его влияния среди ученых.

Как отмечалось выше, крупнейшим философом эпохи раннего гуманизма был немецкий ученый Николай Кребс (1401 —1464), родившийся в небольшом местечке Куза Трирской епархии, от­куда и произошло его прозвище Кузанский (или Кузанец), во­шедшее в историю науки Возрождения. Он был сыном рыбака и виноградаря. Свое первоначальное образование Николай получил в Девентере, в Голландии, в школе «братьев общей жиз­ни». Его биографы отмечают, что в том же десятилетии родились будущие знаменитые деятели Возрождения, которых хорошо знал Николай Кузанский: художники Стефан Лохнер и Рогир ван дер Вейден, изобретатель книгопечатания Иоганн Гутенберг, а также итальянские гуманисты Леон Баттиста Альберти и Эней Сильвий Пикколомини (впоследствии ставший римским папой под именем Пия II). Он был также хорошо знаком с такими извест­ными деятелями Возрождения, как Амброджо Траверсари, Лорен-цо Балла и Паоло Тосканелли.

В 1416—1417 гг. Кузанец был студентом Гейдельбергского университета, где познакомился с номиналистическими кон­цепциями, о которых говорилось выше. После 1417 г. он переехал в Италию, в город Падую, известную своими аверроистскими традициями в области философии. Падуанский университет того времени был центром гуманистического образования. Здесь Николай поступил в школу церковного права, по окончании которой в 1424 г. получил степень доктора канонического права. Но его интересы не ограничивались только юриспруденцией. Именно в Па­дуе началось его увлечение проблемами естествознания, матема­тикой, медициной, астрономией и географией. Здесь он позна­комился с выдающимся ученым-математиком, астрономом и гео­графом Паоло Тосканелли, а также со своим будущим другом про­фессором права Джулиано Чезарини (1398—1444), который воз­будил у Кузанца интерес к классической литературе и философии. После окончания школы Николай Кузанский посетил Рим, где познакомился с видным ученым-гуманистом Поджо Браччолини, в то время являвшимся канцлером Римской синьории.

По возвращении на родину Кузанец посвятил себя богословской деятельности. Изучив богословие в Кёльне и получив сан свя­щенника, Николай Кузанский в 1426 г. поступает к папскому ле­гату в Германии кардиналу Орсини. Благодаря покровительству пап, особенно папы-гуманиста Пия II, Николай Кузанский играл вы­дающуюся роль в церковно-политической жизни Европы, вместе с тем уделяя большое внимание ученым занятиям.

По поручению Орсини ему пришлось проводить основательный осмотр библиотечных фондов Фульдского монастыря. Здесь им были обнаружены до того неизвестные в средневековой Европе двенадцать комедий римского поэта III—II вв. до н. э. Тита Плавта, первые шесть книг «Анналов» римского историка I—II вв. н.э. Кор­нелия Тацита и, главное, его же географический труд «Описание Германии», который способствовал развитию исторической гео­графии и получил среди гуманистов наименование «Золотой кни­жечки».

Благодаря содействию Траверсари, Кузанец вскоре поступил на службу в папскую курию, что позволило ему в 1437 г. в составе папского посольства посетить Константинополь (для пере­говоров с греками по вопросу объединения Западной и Восточной христианских церквей перед угрозой турецкого нашествия на Ви­зантию). Здесь ему удалось собрать ценные греческие рукописи, и он познакомился с видным византийским философом-неопла­тоником Георгием Гемистом Плифоном (1390—1452), который оказал определенное влияние на философские взгляды Кузанца. Поездка в Константинополь явилась очень важной вехой в истории формирования его мировоззрения. В 1440 г. по возвращении в Италию Николай Кузанец пишет свою первую философскую работу — книгу «Об ученом незнании» (посвятив ее Чезарини). В ней содержатся основные идеи его учения: идея взаимосвязи всех природных явлений, идея совпадения противоположностей, учение о бесконечности Вселенной и о человеке, как микрокосме. В этом труде впервые выявились пантеистические тенденции фи­лософии Николая Кузанского. В 1449 г. он закончил сочинение«Апология ученого незнания», содержащее дальнейшее развитие его философской системы. Всего им было создано более 15 трудов, посвященных религиозно-философским и другим вопросам.

При создании своей философской системы Николай Кузан-ский обращался ко многим учениям, существовавшим в разные времена в разных странах. Однако его гуманистическая ориента­ция проявилась в особом интересе к античной философии (Пифа­гор, Демокрит, Платон, Аристотель) и к учениям неоплатоников (Прокл и Боэций). Математические идеи Кузанца во многом были вдохновлены сочинениями Пифагора. Один же из основных прин­ципов философии Николая Кузанского — «все во всем» — был своеобразным отражением идеи древнегреческого философа Анак­сагора, согласно которой каждая вещь в той или иной мере содер­жит в себе остальные вещи.

Каковы основные черты учения Кузанца о Вселенной? Схо­ластической картине мира, где сотворенный богом конечный во времени космос, ограниченный «сферой неподвижных звезд» и небом эмпиреев (частью неба, объятой огнем и светом), где «пер-водвигатель» отождествлялся с богом христианской религии, Николай Кузанский противопоставил свое учение о космосе, кото­рое отвечало его пантеистическим представлениям о боге и о мире. «Наш мир не бесконечен, — писал Кузанец, — но все же нель­зя считать его конечным потому, что он не имеет границ, между которыми заключен (Цит. по: Горфункель, 1980. С. 60). Из это­го следует важный для его космологии вывод: «Земля не есть центр мира, а окружность мира не является сферой неподвижных звезд».

Как мы видим, в космологии Кузанца Земля лишается своего привилегированного положения центра Вселенной: не Земля, а бог «является и центром Земли, и всех сфер, и всего того, что есть в мире», — писал Кузанец. Но А. X. Горфункель правильно под­черкивает, что было бы неверным видеть в космологических по­строениях Николая Кузанского предвосхищение гелиоцентризма Коперника. Однако, критикуя традиционное, утвержденное цер­ковью представление о геоцентрическом мире, Кузанец открыл путь к десакрализации, т. е. к отрицанию религиозного культа хри­стианской космологии и к критике Птолемеевой космологической системы. Тем самым геоцентризм лишался своего оправдания.

В то же время космология Кузанца не была просто умозри­тельной концепцией, оторванной от астрономических наблюдений. Даже став кардиналом, философ продолжал упорно зани­маться многими научными вопросами. Он пересчитывал астроно­мические «Альфонсианские таблицы», тем самым подготавливая труды Иоганна Мюллера 23. Он разрабатывал проект реформы сильно отставшего к тому времени юлианского календаря, чем предвосхитил введение через 150 лет григорианского календаря. Математические расчеты по таблицам и календарю Николай Ку­занский объединил в 1450 г. в два трактата (один по вопросам начертательной геометрии, другой — по способам решения сложных арифметических задач), которые посвятил Паоло Тосканелли.

Кузанцем был высказан ряд важных идей в области астроно¬мии и математической географии: учение о том, что планеты со¬вершают свое движение не по правильным окружностям, и о том, что Земля имеет форму не правильного шара, а является сферопо-добным телом. Он, так же как и Жан Буридан и Николай Орезм, писал о вращении Земли вокруг своей оси, исходя из принципа от­носительности чувственного объекта.

Известно, что Николай Кузанский вместе с Тосканелли рабо­тал над географическими картами. Так, им была составлена кар­та Средней Европы, которая легла в основу позднейших карт этой территории. Несомненно, что она дополняла и детализировала Карту европейской Сарматии из «Географии» Птолемея и, возмож­но, была использована Яном Длугошем при работе над «Хоро-графией государства Польского», относящейся к 1480 г. Во всяком случае в статье польского географа С. Александровича о «Землях Великого княжества Литовского в «Хорографии Польского го­сударства» Яна Длугоша (1973) приводится копия карты этой тер­ритории со ссылкой на Николая Кузанского, с указанием, что она была использована в Атласе Птолемея, изданном в Риме в 1490 и 1508 гг. Карта хранится в библиотеке Торуньского университета. Видимо, она была составлена Николаем Кузанским около 150 г. после его поездки в Константинополь (1437—1439 гг.), где он заинтересовался сочинениями греческих классиков, когда гото­вился к исполнению обязанностей папского легата в Германии и изучал материалы по Средней Европе.

Николай Кузанец, несомненно, был в курсе географических и картографических проблем своего времени, был знаком с геогра­фическими трудами Птолемея и Страбона, как раз в это время став­шими известными западноевропейским ученым.

Первое упоминание о «Географии» Страбона (I в.) мы нахо­дим в «Космографии» Пикколомини 24. Впервые греческую рукопись этого сочинения привез из Византии в 1423 г. Джованни Ауриспа (1369—1459), у которого ее приобрел Чириако д'Анкона. В 1438 г. ученый-византиец Георгий Гемнистий Плифон (Плефон) при­вез и другие рукописи «Географии» Страбона в Италию и обратил внимание гуманистов на этот важный труд классической географии. Г. А. Стратановский считает, что Плифон, познакомивший с тру­дом Страбона итальянских ученых, «нанес удар влиянию Птоле­мея» (1964. С. 792). Видимо, Г. А. Стратановский имеет в виду не только различные географические представления о распреде­лении суши и океана Страбона и Птолемея, но и разные подходы этих ученых к географии. Напомним, что Страбон, следуя Эрато-сфену, считал обитаемую сушу большим островом, лежащим меж­ду северным тропиком и 54° с. ш., со всех сторон омываемым океаном. Птолемей же вслед за Марином Тирским представлял себе огромный массив суши, протянувшийся от 63° с. ш. до 16,5° ю. ш. и от Канарских островов до берегов Золотого Херсонеса (полуостров Индокитай), расположенного, по его пред­ставлению, у 180° от начального меридиана. Другое отличие заключалось в том, что Птолемей «замыкал» Индийский океан с юга берегом Южной неведомой земли, протянувшейся от во­сточных берегов Африки до юго-восточного выступа Азии.

«География» Птолемея стала известна западноевропейцам значительно раньше, в конце XIV в. Известно, что один экземпляр греческой рукописи «Географии» Птолемея принадлежал папе Урбану V (1373—1389). Первый перевод с греческого на латин­ский был выполнен к 1409 г. Мануелом Хризолором (Хрисоло-рисом), преподавателем греческого языка в Падуе и Болонье. До преподавательской работы Хризолор был посланником визан­тийского императора при разных итальянских дворах. Но он не завершил перевода, который был закончен его учеником Якобусом Ангелусом (Джакомо Анжело), который и латинизировал карты. Труд Птолемея в переводе получил произвольное название «Кос­мография». Перевод Ангелуса быстро распространился в списках (многие из них дошли до нас). На основе этого перевода Николай Германус выпустил в нескольких экземплярах «Географию» с раскрашенными от руки картами, вычерченными в трапециевидной (конической) проекции. Первое печатное издание Птолемея вышло в Виченце в 1475 г.

Возвращаясь к оценке трудов Птолемея и Страбона гуманиста¬ми первой половины XV в., видимо, следует сказать о том, что«География» Птолемея поразила обилием материала и научностью построения картографической сетки, чего не было на средневековых картах-чертежах. В то же время ученые Средней Европы обра­тили внимание на неточность изображений этой части ойкумены по сравнению с уже известными фактическими данными. Даже если сравнить карту Польши Николая Кузанского с картой этой территории, выполненной по данным Птолемея, сразу бросается в глаза существенная разница. Кроме того, труд Птолемея носил исключительно картографический характер, в то время как в «Гео­графии» Страбона много внимания уделялось описанию природы различных стран, характеристике народов, их населяющих, и элементов истории, т. е. тому, что в первую очередь интересовало гуманистов 25.

Нам кажется, что при анализе оценки Страбона и Птолемея Плифоном следует учитывать и еще одно обстоятельство. Дело в том, что в географии XIV и XV вв. (даже в эпоху Колумба) быто­вало представление, опирающееся на библейское высказывание, что на поверхности Земли водные объекты — моря и океаны — за­нимают значительно меньше места, чем суша. Это как бы под­тверждалось трудом Птолемея, отводившего океанам сравнитель­но небольшое место по сравнению с сушей, которая распростра­нялась на его карте мира от северных (верхних) рубежей до ее южных и восточных границ. Как мы отмечали, Индийский океан был показан в виде замкнутого бассейна, а Атлантический занимал на карте весьма скромное положение на северо-западе.

«География» же Страбона, наоборот, говорила о том, что на поверхности земного шара океан занимает значительно больше пространства, чем остров «ойкумены», расположенный в уме­ренном поясе северного полушария. А. Гумбольдт высоко оцени­вал труд Страбона 26 и ставил Страбона, как географа, выше Пто­лемея. Он писал, что великое творение Страбона в конце средних веков начало оказывать влияние на направление идей. А эти идеи отличались смелостью. Флорентийский географ Паоло Тосканел-ли, несомненно, знавший «Географию» Страбона, считал вполне возможным достижение берегов Индий, следуя на кораблях к за­паду через Атлантический океан.

Николай Кузанский, прекрасно знавший Паоло Тосканелли и разделявший его географические представления, также предпола­гал возможным достижение берегов Индий при плавании через Атлантический океан в западном направлении 27 .

В решении этой проблемы видную роль сыграл кардинал Петр Аллиак (или Пьер д'Эйи). -В своем сочинении «Образ мира» («Има­го мунди»), обнародованном к 1410 г., он писал, ссылаясь на Ари­стотеля, что океан, отделяющий Индию от Африки, не широк и что при благоприятных попутных ветрах можно, следуя в запад­ном направлении, достичь Индии за несколько дней. Также ссыла­ясь на Аристотеля, Аллиак отмечал, что море между Испанией и Индией имеет незначительное протяжение.

Так как Аллиак, видимо, не читал Аристотеля, а пользовался преимущественно «Большим сочинением» Рожера Бэкона, то можно считать, что его взгляды на распределение суши и океана по по­верхности Земли им также были заимствованы у Бэкона. Это же относится и к проблеме нахождения земного рая. Он пишет, что некоторые язычники, т. е. античные ученые, хотели доказать путем допущений, что земной рай находится на Счастливых островах («Островах блаженных»), которые ныне называются Канарскими. Он писал, что Исидор Севильский, Бэда Достопочтенный, магистр схоластической истории Петр Коместор — средневековый комментатор Библии, а также архиепископ Милана Амвросий (жив­ший ок. 340—359), автор труда «Гексамерон» («Шестоднев»), фи­лософ Дуне Скот (1266—1308) и все ученые-богословы пола­гают, что земной рай находится на Востоке. При этом, по мнению Петра Аллиака, земной рай находится на высокой отвесной скале.

Усвоив от Аделарда Батского через Рожера Бэкона арабские пред­ставления о «Куполе мира», Петр Аллиак, однако, помещал этот центр восточного, известного нам полушария не на экваторе, а на круге, который проходит на западе через мыс Сан-Висенти в Пор­тугалии, а на востоке — через Канару (Китай) и Серее (?).

Этот центр мира отстоит на 90° от западных и восточных ру­бежей известной суши, В западном же полушарии, на противопо­ложной стороне земной поверхности, он помещал «земной рай», подобно Данте, на высокой скале с крутыми склонами. Именно эта идея Аллиака подсказала Колумбу мысль, когда он достиг севе­ро-восточных берегов Южной Америки и обширной дельты реки Ориноко, что он находится вблизи «Земного рая», который, по его словам, лежит не на крутой скале, а на возвышенной части самого земного шара, которая напоминает выпуклость у черенка груши. Кардинал Аллиак писал (Колумб это мнение также заимствовал у него), что в «Земном рае» берут начало четыре главные реки Земли: Писон (Ганг), Тихон (Тигр), Хиддакель (Нил) и Евфрат (вспомним описание рая у Исидора Севильского). Все эти реки сначала протекают под дном океана, а затем выходят на поверх­ность Земли: Тигр и Евфрат рассекают горную цепь (Армянское нагорье), образуют Месопотамскую низменность и текут в Персию, а Нил, истоки которого находятся в Эфиопии, впадает в море (Средиземное) вблизи Александрии египетской.

В вопросе о соотношении площадей суши и океана на поверх­ности земного шара Аллиак ссылается на Аристотеля, Сенеку и Плиния, писавших об относительной близости восточных берегов Азии и западных берегов Европы, и подтверждает свою мысль высказыванием пророка Ездры, который сообщал о том, что по повелению бога только 1/7 поверхности Земли занята водой, а остальные шесть частей представляют собой сушу.

В заключение очерка скажем несколько слов о гуманисте Энее Сильвии Пикколомини (1405—1464), современнике и друге Ни­колая Кузанского. В своих многочисленных сочинениях он высту­пал в роли историка, географа, педагога и даже новеллиста в стиле Боккаччо.

Он составил два основных географических труда: «Космо­графию» и «Описание Германии». Географические элементы имеют­ся и в других его произведениях, в частности в «Истории Чехии», где он первую главу посвящает описанию территории страны, говорит о ее границах и городах, сопровождая описание комментариями. В частности, он называет гору Табор (на юге страны) «крепостью и убежищем еретиков»28. «Космография» Пикколомини состоит из трех частей, написанных в разное время. В большом предисло­вии к труду автор намечает порядок изложения, начиная с восточных стран и кончая западными. Первая часть рассказывает о мире в целом, вторая посвящена Азии, третья — Европе (обе части оста­лись незаконченными). Источниками географических сведений были сочинения римских географов, а также сочинения Страбона и Птолемея, которыми он пользовался в латинских переводах. При составлении работы о Германии он использовал также труды Цезаря и Тацита. Из средневековых авторов им использовались со­чинения Альберта Великого. Из произведения Поджо Браччолини «История различных судеб» Пикколомини узнал о путешествии Конти в восточные страны. Он отмечает направление некоторых горных хребтов, дает краткую характеристику рек, приводит крат­кие сведения о природных богатствах, хозяйстве стран. Страновед­ческие труды Пикколомини оказали заметное влияние на анало­гичные сочинения страноведческого характера XVI столетия. При этом, как было принято в то время, Пикколомини при географи­ческих описаниях пользовался данными не только современной ему, но и античной географии. Авторы специальных исследова­ний о Пикколомини как географе подчеркивают его влияние на немецких географов XVI в. Себастьяна Франка и Себастьяна Мюнстера, а также польских географов.


odnostupenchatij-reduktor.html
odnovremennoe-izmenenie-raznih-fizicheskih-velichin.html
odnoznachno-mertv-stranica-13.html
odnu-iz-istinnih-providic-nashego-vremeni-solaru-shiroko-chtyat-za-eyo-celeustremlyonnost-besstrashie-i-predannost-delu-ona-organizovala-provedenie-planetarnoj-a-stranica-6.html
odobrena-utverzhdayu.html
odobrenie-tipa-shassi-tehnicheskij-reglament-o-bezopasnosti-kolesnih-transportnih-sredstv.html
  • write.bystrickaya.ru/glava-5-gorkovskie-biblioteki-v-pomosh-2002-god-k-65-letiyu-velikoj-pobedi.html
  • znanie.bystrickaya.ru/5-procedura-obzhalovaniya-polozhenie-o-gumanitarnih-osnovaniyah-statya-15-28-5-predostavlenie-informacii-29.html
  • uchit.bystrickaya.ru/tema-1-struktura-rodilnogo-doma-i-sanitarno-gigienicheskij-rezhim-uchebno-metodicheskij-kompleks-po-akusherstvu.html
  • kontrolnaya.bystrickaya.ru/radio-mayak-nizhnij-tagil-ntmk-gotov-sotrudnichat-s-korporaciej-ural-promishlennij-ural-polyarnij-01042010.html
  • tests.bystrickaya.ru/lekciya-4-programmi-zhizni-dejstviya-napravlennost-postupkov-imeyut-pod-soboj-dve-opori-znaniya-i-cennosti-poznaniem.html
  • predmet.bystrickaya.ru/semena-ovoshej-i-cvetov-semennoj-kartofel-lukovici-i-klubnelukovici-cvetov-udobreniya-stranica-2.html
  • control.bystrickaya.ru/biblioteka-ukrainskoj-literaturi-v-moskve-goryachie-stranici-ukrainskoj-pressi-dajdzhest-vipusk-4.html
  • tasks.bystrickaya.ru/12032010g-glava-gazproma-obsudit-na-soveshanii-v-yakutske-voprosi-gazifikacii-zasedanie-soveta-direktorov-oao-gazprom.html
  • desk.bystrickaya.ru/perechen-laboratornih-rabot-po-kursu.html
  • bystrickaya.ru/vospitatelnie-i-organizacionnie-aspekti-predprinimatelskoj-deyatelnosti-na-baze-shkolnih-masterskih-chast-2.html
  • shpargalka.bystrickaya.ru/vetoj-knige-predstavleni-biografii-i-vozzreniya-sta-krupnejshih-mislitelej-vseh-stranica-10.html
  • institut.bystrickaya.ru/tema-1-ritmicheskaya-gimnastika-kak-forma-fizicheskogo-vospitaniya-osnovnaya-obrazovatelnaya-programma-nachalnogo.html
  • writing.bystrickaya.ru/bitva-pri-mag-tuired-cath-muighe-tuireadh.html
  • learn.bystrickaya.ru/glava-6-celi-pablik-rilejshnz-uchebnik-dlya-mnogih-uchebnih-zavedenij-posle-smerti-dzhefkinsa-knigu-dorabatival.html
  • bukva.bystrickaya.ru/mayak-novosti-05102007-stadnickaya-lora-1000-grizlov-b-v-monitoring-smi-6-8-oktyabrya-2007-g.html
  • pisat.bystrickaya.ru/tema-1-oznakomlenie-s-kinoteatrom-rezhimom-raboti-pravilami-vnutrennego-rasporyadka.html
  • bukva.bystrickaya.ru/struktura-arbitrazhnih-sudov.html
  • essay.bystrickaya.ru/ekteniya-priglashenie-k-molitve.html
  • report.bystrickaya.ru/internet-konkurs-na-luchshee-issledovatelskoe-sochinenie-nashi-istoki-sochinenie.html
  • control.bystrickaya.ru/chaste-legko-sovetuem-podumat-eshe-razok-dzhon-rodzher-piter-makvilyams.html
  • grade.bystrickaya.ru/moment-istini-v-avguste-sorok-chetvertogo-stranica-5.html
  • laboratornaya.bystrickaya.ru/rabochaya-uchebnaya-programma-disciplini-rabochie-programmi-cikla-obsheprofessionalnih-disciplin-vvedenie-v-professiyu.html
  • tetrad.bystrickaya.ru/vidi-marketingovih-strategij.html
  • znanie.bystrickaya.ru/alali-relstk-klkt-klk-raldarin-memlekettk-trkeu-aidalari-zhalpi-erezheler-alali-relstk-klkt-klk-raldarin-memlekettk-trkeu-aidalari-bdan-r-aidalar-azastan-respublikasindai-klk-turali.html
  • spur.bystrickaya.ru/marshrutnie-poleti-uchebnoe-posobie-po-paraplanerizmu-ti-pomnish-kak-vse-nachinalos.html
  • learn.bystrickaya.ru/glava-2-osnovaniya-i-usloviya-osushestvleniya-ocenochnoj-deyatelnosti-ob-ocenochnoj-deyatelnosti-v-rk.html
  • desk.bystrickaya.ru/plan-zanyatiya-metodicheskie-rekomendacii-sostavleni-na-kafedre-propedevtiki-vnutrennih-boleznej-uo-grodnenskij.html
  • lektsiya.bystrickaya.ru/programma-disciplini-ustojchivost-dvizhenij-diskretnih-dinamicheskih-sistem.html
  • universitet.bystrickaya.ru/topori-berdishi-voennoe-delo-na-rusi-v-xiii-xv-vv.html
  • znanie.bystrickaya.ru/8-dekabrya-v-10-30-v-park-otele-ul-komzina-6-konferenciya-zhenshina-i-predprinimatelstvo-8-dekabrya-v-18-00-projdut-prazdnichnie-meropriyatiya-posvyashennie-evrejskomu-prazdniku-hanuka-ul-40-let-pobedi-34a.html
  • university.bystrickaya.ru/glava-36-glen-charlz-kuk.html
  • ucheba.bystrickaya.ru/predislovie-ot-lyuisa-kerrola-k-stoikam-stranica-9.html
  • esse.bystrickaya.ru/raznorodnie-dopolnitelnie-istochniki-dlya-ispolzovaniya-na-urokah-religii-v-rossii-metodicheskoe-posobie.html
  • desk.bystrickaya.ru/otchyot-po-nir-za-2010-god.html
  • nauka.bystrickaya.ru/uchrezhdenie-obrazovaniya-mozirskij-gosudarstvennij-pedagogicheskij-universitet-im-ipshamyakina.html
  • © bystrickaya.ru
    Мобильный рефератник - для мобильных людей.